МИЭА: 65 лет на высоте

Алексей Кузнецов: Несмотря на то, что год был непростым, мы завершаем его с улучшением показателей 21 Декабрь 2015, 07:50

Гендиректор Московского института электромеханики и автоматики об итогах года и планах на будущее

Московский институт электромеханики и автоматики (МИЭА) – одно из ведущих предприятий в отрасли авиационного приборостроения. Изделия предприятия применялись и применяются на всех отечественных гражданских авиалайнерах и военных самолетах. Про последние разработки института, итогах уходящего года и планах на будущее рассказал в интервью гендиректор МИЭА Алексей Кузнецов.
– Не могли бы вы немного рассказать о предприятии? Чем занимается Московский институт электромеханики и автоматики (МИЭА)?
– АО «МИЭА», которому в следующем году исполняется 65 лет, является старейшим предприятием в отрасли и одним из отечественных лидеров в сфере разработки и создания систем управления и навигации для летательных аппаратов. Преимущественно это самолеты, но мы также выпускаем приборы для вертолетов и беспилотных летательных аппаратов.
Наши решения применялись и применяются на всех советских и российских гражданских авиалайнерах и тяжелых военных самолетах, в том числе на таких флагманах российской авиации, как гражданские Ту-154, Ту-204, Ил-96, военные Ту-22, Ту-95, Ту-160, Ил-76 – на всех этих машинах стоят системы управления, разработанные нашим институтом.
– Что такое МИЭА сегодня?
– На данный момент АО «МИЭА» – одно из ведущих предприятий в отрасли авиационного приборостроения численностью около 800 сотрудников. Если говорить об институте как о научной организации, то важно отметить, что среди инженерно-технического состава – 9 докторов и 45 кандидатов технических наук.
За последние годы средний возраст сотрудников института уменьшился. Это свидетельствует о том, что предприятие и отрасль вызывают интерес у молодежи. В 90-е годы большую часть списочного состава составляли люди пенсионного и предпенсионного возраста, сейчас у нас больше 250 человек моложе 35 лет, в основном выпускники Московского авиационного института. МИЭА и МАИ теснейшим образом связаны: многие наши сотрудники являются председателями экзаменационных комиссий, я и сам являюсь профессором МАИ. Многие студенты начинают работать в МИЭА уже на старших курсах, совмещая работу с обучением, и здесь же пишут диплом. Кроме того, на нашем предприятии имеется аспирантура, а также ведет работу диссертационный совет, осуществляющий рассмотрение и защиту докторских и кандидатских диссертаций.
– Вы упомянули гражданское авиастроение. За последние десятилетия в России практически прекратился выпуск пассажирских самолетов. Как это отразилось на работе предприятия?
– Производство гражданских самолетов, на которых установлено наше оборудование, в последние годы действительно имеет тенденцию к снижению, что создает определенные проблемы не только на нашем предприятии, но и в отрасли в целом. Однако выпуск гражданских самолетов (Ту-204, Ил-96) для государственных нужд в относительно небольших объемах остается на стабильном уровне, обеспечивая заказами МИЭА и другие предприятия. Отмечу, что МИЭА участвует в программе МС-21, являясь разработчиком ИВК КСУ (информационно-вычислительного комплекса комплексной системы управления). Это инновационная разработка, архитектура которой создана нами в тесном сотрудничестве со специалистами корпорации «Иркут». Ее отличительными чертами являются мультифункциональность, высокая степень интеграции, повышенный уровень обеспечения безопасности полета за счет уникальности конструкции.
Кроме того, мы разрабатываем программное обеспечение для самолетовождения. МС-21 создается по совершенно новой технологии модульной авионики. Если раньше производители делали системы, каждая из которых представляла собой как бы готовый «закрытый ящик», то теперь мы создаем программное обеспечение для центрального вычислительного комплекса самолета, который управляет всеми подсистемами. Это очень важная функция, и наше предприятие единственное в России, кто готов на данный момент реализовать ее на мировом уровне. МИЭА уже более пяти лет ведет эту работу, изготовлен ряд опытных образцов, ведутся стендовые испытания.
Также на МС-21 планируется установка разрабатываемой нами бесплатформенной инерциальной навигационной системы БИНС-2015. Этот проект будет завершен в 2017 году. На текущий момент уже прошли испытания опытного образца, однако предстоит адаптация изделия под МС-21. Я думаю, мы успеем провести все работы к тому моменту, когда МС-21 будет проходить сертификационные испытания.
– Как сегодня развиваются работы в области технологий инерциальной навигации?

– БИНС – это достаточно сложные приборы, которые во всем мире производят всего несколько стран. Они полностью автономны, не требуют передачи или получения внешних сигналов от спутников или наземных станций. Сегодня у нас есть базовая конструкция для военной техники – БИНС-СП. На ее основе производятся порядка 5 модификаций, которые поставляются на примерно 10 типов летательных аппаратов. Кроме того, есть БИМС-Т как базовая конструкция для гражданской авиации. Разрабатывается и упомянутая мной система БИНС-2015. Она меньше по размеру, и на ней применяется гироскоп меньшего периметра. В будущем это будет базовая система, на основе которой будут созданы различные модификации для разных типов летательных аппаратов.

– В том числе для беспилотных летательных аппаратов (БЛА)?

– Да. Сегодня МИЭА для БЛА поставляет системы БИНС-СП-2, но после запуска серийного производства БИНС-2015 мы будем поставлять именно этот прибор. Он в 2,5 раза легче, чем БИНС-СП, и потребляет меньше энергии. Для самолета энергетика – это больной вопрос, потому что она вырабатывается за счет сжигания топлива. Поэтому для беспилотника энергоэффективность имеет наиболее принципиальное значение.
– Участвует ли МИЭА в проектах, связанных с созданием принципиально новых самолетов для ВКС, таких как истребитель пятого поколения ПАК ФА, транспортный самолет Ил-112В и истребитель МиГ-35?

– МИЭА будет являться поставщиком БИНС для всех перечисленных самолетов. Например, на ПАК ФА уже установлена и проходит испытания самая современная модификация базовой платформы БИНС-СП2М. Что касается Ил-112, у нас есть запрос, и мы отправили наше предложение. МИЭА при необходимости может адаптировать изготавливаемые серийно БИНС под этот самолет. Это небольшая работа, которая не требует значительных сроков. На поставки изделий для МиГ-35 мы в ближайшее время подпишем контракт, и уже в начале 2016 года МИЭА начнет поставки нескольких образцов для испытаний.

– Разрабатывает ли МИЭА приборы для вертолетов?

– Да. Недавно Минобороны был передан арктический вертолет Ми-8АМТШ-ВА, для которого мы поставили БИНС. Это первое применение наших систем на вертолете. При специфике будущей эксплуатации вертолета в арктических широтах, где плохо работают спутниковые системы и нет других навигационных средств, наземных маяков и т.д., БИНС является незаменимой системой в целях обеспечения ориентации летательного аппарата. Если говорить о технической стороне вопроса, серьезным аспектом эксплуатации БИНС являются вибрационные нагрузки. В отличие от самолетов, здесь есть вращающийся винт, фюзеляж вибрирует, а инерциальная система очень чувствительна. Поэтому нам пришлось серьезно адаптировать базовую модель БИНС.

– Планируется ли адаптировать систему для других вертолетов?

– Проработка возможности установки на некоторые типы военных вертолетов существует, но таких заказов пока нет.

– У вас на сайте предприятия упоминается о разработке систем для перспективного самолета ДЛРОиУ. На каком этапе этот проект?

– МИЭА является разработчиком и поставщиком новой цифровой системы автоматического управления (САУ) для военно-транспортного самолета Ил-76-МД-90А. С учетом того, что самолет ДЛРОиУ будет создан на базе Ил-76, именно наша САУ будет использоваться на нем, однако отличия самолетов в аэродинамике требуют модификации и адаптации данной системы.

– Вы упомянули о системе управления для Ил-76. Могли бы вы подробнее рассказать о ней?

– Говоря о системе управления для Ил-76, важно отметить ряд ее преимуществ по сравнению с предыдущими поколениями систем управления. Во-первых, она в разы меньше по габаритам и легче, при этом потребляет меньше энергии. Во-вторых, эта система реализует гораздо более широкий функционал. Ее функции сравнимы с системами для самых современных гражданских самолетов. Существенно увеличена степень автоматизации управления полетом.

– Участвует ли МИЭА в программе импортозамещения?

– МИЭА разрабатывает астронавигационную систему, которая осуществляет навигацию по звездам для самолетов. Я не буду раскрывать ее технические характеристики. Раньше были такие системы, в 70-е годы. В частности, одна из этих систем производилась на Украине, хотя была разработана в России. В рамках программы импортозамещения мы сейчас создаем систему, которая будет изготавливаться на российских предприятиях.

Кроме того, я уже говорил про БИНС для гражданских самолетов. Наши приборы в свое время не были востребованы, потому что у нас наблюдалось серьезное отставание в этой области. Сейчас наши изделия – я могу это сказать без ложной скромности – вышли на уровень западных систем в этой области. Производимые МИЭА БИМС-Т сейчас востребованы в рамках импортозамещения: их планируют устанавливать на самолеты государственной авиации взамен американских систем.

Для МС-21 МИЭА изначально разрабатывал ИВК КСУ. В рамках импортозамещения мы получили задачу по созданию БИНС для этого самолета взамен американского, который там предусматривался на старте проекта. На данный момент уже подписано техническое задание по адаптации БИНС для МС-21.

– У вас есть проблема с использованием импортной электроники? Как она решается и каковы масштабы этой зависимости?

– Мы начали использовать западную электронику, как только появилась такая возможность. Она более совершенна, чем наша. Но сейчас в силу известных обстоятельств требуется переход на отечественную продукцию. В силу специфики наших изделий мы на 90% можем их изготавливать с использованием отечественной элементной базы. В частности, в настоящее время запускаются два масштабных проекта по разработке бортовых систем управления в рамках модернизации самолетов дальней авиации, и там мы на 95% используем нашу отечественную элементную базу. Это не очень просто, но мы уже сегодня такие блоки сконструировали. В первом квартале мы приступим к их отладке.
– Вы не могли бы сказать, какая у вас доля государственного оборонного заказа (ГОЗ)?

– В настоящее время доля ГОЗ в составе выручки МИЭА составляет около 70%. Выпуск изделий по ГОЗ вырос за последнее время в среднем в 1,5-2 раза в зависимости от типа изделия. Однако в будущем возможно перераспределение выручки предприятия с учетом развития проекта МС-21 и, как следствие, увеличения доли выручки от гражданской продукции.

– Как вы заканчиваете этот год? Каким он был для предприятия?

– Несмотря на то, что этот год был непростым, мы завершаем его с улучшением показателей.

МИЭА участвует в создании принципиально новых самолетов, таких как ПАК ФА, Ил-112В и МиГ-35